Великий пожар Майами

Великий пожар Майами

dr. 417

 

Часть I

Клик. Невыносимо скучную, протяжную тишину субботнего вечера прорезал распевный, в стиле ретро, речитатив ведущего:

– Добрый вечер, леди и джентльмены! Меня зовут Ларри Диксон и я рад приветствовать вас на еженедельном веб-шоу CyberNight. Сегодня у нас в гостях основатель компании XO Technologies. Встречайте – Дэниэл Роббинс!

Человек высокого роста, с опрятной щетиной и длинными светлыми волосами, собранными в пучок, вошел в студию под оглушительный рев аплодисментов, сведенных в программе XO Soundsystems – анахронизм, необходимый зрительским сердцам и в наше время, перевалившее за середину двадцать первого века.

– Что на этот раз, Дэни? – заискивающе поинтересовался Диксон, когда гость комфортно расположился в винтажном кресле.

Закинув ногу на ногу, Дэниэл Роббинс в нарочито развязной манере принялся расписывать неоспоримые достоинства продуктов своей компании... Уже четверть часа растекался поток из пресных од софтверным чудесам XO Tech и заурядных перешучиваний формата «ведущий-гость-ведущий».

Как вдруг Роббинс, точно почуяв, что публика достаточно разогрета, хитро прищурил свои маленькие глазенки, с наносной важностью поправил хипповые очки и забейтил сотни тысяч зрителей онлайн-трансляции следующей формулировкой:

– Ну а сейчас вы просто охуеете!

Звукооператор врубил сэмпл audience_sigh.

Oh sick! – подыграл ведущий. – Дэни, ты не на шутку разошелся!

– Но для начала хочу сказать вот что... Существуют некоторые маргиналы, как бы их помягче... – Роббинс поднял глаза вверх, словно выискивая там подсказку. – Адепты бесконтрольной свободы. Шуршат время от времени, грозят нашей компании указательным пальчиком. Так и оттяпал бы! 

Роббинс щелкнул зубами. Звукооператор, чуть замешкав, врубил сэмпл audience_laugh.

– В отличие от невнятной горстки так называемых шифропанков... – продолжал Роббинс. – Как их там, Ларри?

Rubik’s Ubiks, – угодливо подхватил ведущий.

Yep. В отличие от всяких «Убиков», чья идеология всем нам омерзительна, мировоззрение XO Technologies опирается, в первую очередь, – секундная пауза, – На со-зи-да-ни-е. Не на словах. На деле мы претворяем в жизнь простую человеческую мечту: мечту о повседневной свободе и безопасности.

Ларри Диксон картинно отбросил планшет с заготовленным текстом на стол и откинулся в кресле.

– Чем докажешь, Дэни?

Резко вскинув подбородок, Роббинс поднялся, вышел к центру студии и страстно заговорил.  

– Более двадцати лет наша компания успешно внедряет кибернетические технологии во все сферы человеческой жизни. В то же время анархическая падаль имеет наглость утверждать, что мы узурпировали власть в Майами!

Дэниэл перешел на откровенно патетический тон, свойственный, кажется, известным ораторам начала двадцатого века.

– Я обращаюсь к вам именем лишь той власти, голосом которой говорит сама свобода. Не покладая рук сотрудники XO Technologies заботятся о спокойствии и безопасности граждан последнего свободного государства Северной Америки – Майамской автономии. «Чем докажешь, Дэни?» – Роббинс изобразил театральный жест, словно завлекая куда-то.

В студии погас свет и сквозь глитчи на экране проступило изображение.

На фоне неоновой сетки, восходящей к громадному, люминисцентно-оранжевому Солнцу, красовалась металлического цвета надпись: «XO Technologies». Женское контральто, сотканное нейронной сетью из миллиона феминных голосов, убаюкивало: «Ваша свобода – в наших заботливых руках».

Надпись исчезла, и камера, словно аэрокар последней модели, бесшумно рассекая искусственный воздух, помчалась в сторону солнца. Спустя некоторое время, на горизонте показались очертания Майами. Заиграла приглушенная, точно доносящаяся откуда-то из ванной, музыка: протяжный вой синтов растекался в безмерном пространстве.

По мере приближения камеры к черте города становилось пугающе очевидно, что он охвачен огнем. Один за другим, как хворостинки, загорались небоскребы. Солнце постепенно скрылось за линией горизонта, обрекая зрителя на одинокое созерцание закатного Майами, погруженного в огненный хаос.

Внезапно трансляция оборвалась. На абсолютно черном фоне, быстро чередуясь, возникала одна и та же красная надпись: «ЛОЖЬ». Спустя несколько итераций, черный фон сменился белым. В середине экрана, из глубины, возник кубик Рубика. Пять черных граней и одна белая. Грани начали быстро и хаотично вращаться. Закадровый мужской голос завлекающе разливался посреди этой сценки: «Та самая корпорация выдумывает все новые и новые комбинации своей лживой пропаганды? Не беда! Ведь есть «Убики Рубика» – лучшее решение этой непростой задачки! Попробуйте «Убики Рубика» – и все встанет на свои места. Смело превышайте рекомендованную дозу». Когда голос смолк, вращение прекратилось. Кубик, вернувшись в первоначальное, «собранное» состояние, уставился на зрителя своей единственной белой гранью, полностью слившись с пространством...

Часть II

Клик. Экран погас, и комната погрузилась в первоначальную тишину. Оскар на подкосившихся ногах направился в ванную. Приняв лошадиную дозу транквилизаторов, свалился прямо на замызганный уличной обувью коврик. Угасающее сознание Оскара равнодушно осыпáло мир последними проклятиями...

Тоталитарная корпоратократия в лице XO Technologies ежедневно транслирует бездонное количество лжи и дезинформации. Следственно, не будем осуждать бравых солдат криптоанархической революции, шифропанков Rubik’s Ubiks, за саботаж, как ни странно, правдивого (в определенной степени) сюжета.

Неподвижное тело, распластанное, как препарированная лягушка, посреди убогой ванной – очередная невинная жертва мегакорпорации? Вопрос повис в воздухе, рифмуясь с абсолютной тишиной в соседней комнате...  

***

На момент начала предвыборной гонки за пост мэра Майами, Оскару Неролли было двадцать восемь лет. Окончив магистратуру Калифорнийского института искусств по программе «Эстетика и политика», Оскар вернулся в родной Майами в поисках нового жизненного вызова.

2037 год. Соединенные Штаты Америки еще не распались на автономии, скулящие под пятой технологических корпораций. XO Technologies в то время была бурно развивающейся, тесно интегрированной в местную Майамскую власть IT-компанией. Криптоанархической группировки Rubik’s Ubiks еще не существовало.

Стандартная процедура: Оскар внес залог в 500 долларов, зарегистрировался и с головой окунулся в избирательную кампанию. Его симпатично-возвышенное, слегка припухлое в области щек, лицо сияло на цифровых билбордах, заполонивших Майами в 30-е годы. Богатые родители щедро вложились в рекламу, набралось немало состоятельных спонсоров. Социологические опросы показывали, что Оскар имел определенные шансы на победу; норми-ситизенам Майами запал в душу банальный, но убедительный слоган: «Городу-мечте – реальные дела».

И все бы ничего, но Дэниэл Роббинс, Основатель XO Technologies, пролоббировал проведение засекреченного кибернетического эксперимента как раз под эти выборы. Суть его заключалась в том, что в мозг каждого кандидата временно вживлялся микрочип, прогнозирующий результаты деятельности на посту мэра в условиях безграничной власти. Микрочип анализировал ритмы головного мозга, и через нейроинтерфейс выдавал потоковое видео на экран, расположенный в недрах лаборатории XO Techologies.

Легендарный коррупционер Пабло Диас, раз в неделю обедающий с Роббинсом в Truluck’s, прошел через эту процедуру без особых проблем. Эко-активистка Кейти Эрнман – тоже. Другое дело – Оскар Неролли...

***

– Присаживайтесь, сэр, – располагающе-противно произнес клерк в белом халате, – и постарайтесь расслабиться.

Кресло, предназначенное кандидату в мэры, было точь-в-точь как в кабинете дантиста; стол, сошедший со страниц каталога IKEA начала XXI века; на столе – микрокомпьютер, передающий импульсы мозговых нейронов на экран, расположенный вне «операционной». Стены и потолок – монохромно белые. Минимализм. Оскар беспричинно нервничал.

– А надолго это? У меня еще несколько встреч запла...

Клерк ласково оборвал его:

– Успеется, сэр.

Оскар ощутил резкую боль в продезинфицированной вене: клерк ввел инъекционную иглу с раствором standby417. Похрипев несколько секунд, пациент погрузился в сон. Клерк легонько хлопнул его по щеке, приоткрыл верхнее веко, приподнял безжизненно повисшую кисть. Далее, многозначительно кивнув, вживил микрочип в мозг Оскара.

Тем временем, в соседней комнате собрались самые уважаемые конгрессмены, Президент Соединенных Штатов, и самолично Основатель XO Technologies. Спустя несколько минут исполинских размеров экран сверхвысокой четкости начал транслировать потаенные мечты Оскара Неролли, несостоявшегося мэра Майами...

***

Сразу после просмотра видео, президент распорядился, чтобы его советник по вопросам внутренней безопасности провел чрезвычайное заседание. По его итогам, в США впервые был применен принятый в 2033 году закон, подобный античному damnatio memoriae: любые свидетельства о существовании человека подлежали полному уничтожению, чтобы стереть память о нем.

Не прошло и двух часов с момента заседания, как с Майамских билбордов исчезло сияющее лицо Оскара, удалены его аккаунты в соцсетях и все упоминания из результатов поиска. Только видеозапись эксперимента так и осталась в секретном репозитории XO Technologies. На всякий случай.

Самого Оскара выслали в пригородные трущобы, где ему только и оставалось, что банчить химозной наркотой, смотреть тупые веб-шоу через пиратские ретрансляторы и утопая в каждодневном пьянстве, рефлексировать о загубленной жизни.

Выборы в тот год выиграл Пабло Диас с почти 87% голосов избирателей.

***

root@xotech:~/topsecret/2037/miami/oscarnerolli# open oscarsdream.vhs4  

> Enter

oscarsdream.vhs4

Оскар Неролли долго не мог оторвать взгляд от вращения лопастей несущего винта вертолета: смутные детские воспоминания ласкали его, уводя мысли куда-то в сторону от первоначального замысла. Наконец, он загрузился в вертолет и дал автопилоту команду на взлет. Громадное, люминисцентно-оранжевое солнце тем временем скрылось за горизонтом, точно почуяв неладное.

Хеликоптер не спеша поднимался над городом, открывая взору панорамный вид на ночной Майами. Император Неролли, плотоядно улыбаясь, осматривал свои владения. «Ночью... особенно прекрасно...» – тривиальные мысли кувыркались в его голове.

Неролли вытащил из своего кейса новейший микрокомпьютер и нажал клавишу Enter. Город озарился бесшумными (ведь красота любит безмолвие) вспышками взрывов всевозможных оттенков: пурпурных фуксий, бледной лаванды, сияния ипомеи...

Miami Tower обрушился ярус за ярусом, оставив после себя легкое свечение зажженной кухонной конфорки. С земли послышались выстрелы копов: начался убой людей, в панике выбегающих на улицы (ведь красота не терпит толпы).

Небоскребы взрывались и сгорали дотла, один за одним, нанизываясь, словно бисеринки, на общую нить огненной симфонии. Атлантический океан предстал взору Неролли неоновой сеткой, отрезая город от остального, вещественного мира (ведь красота резонирует лишь в отрыве от всего).

Город истерически содрогался в объятьях пламени, порожденного из невообразимой палитры, созданной de foris, вопреки Природе. Надзвездные сферы безразлично наблюдали за происходящим (ведь красота требует незаинтересованности).

Сожженный, опустевший Майами теперь походил на полигональную модель, в спешке сделанную нерадивым левел-дизайнером (ведь красота кроется лишь в искусственном).

Неролли приказал автопилоту отключить вращение лопастей. Вертолет падал вниз, к концу и забвению; Цезарь молчал, а мысль его заледенела,

ведь красота – вечна.


К текстам